ЗЕМЛЯКИ: ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ ЕРШОВ И ЛЕОНИД ВАСИЛЬЕВИЧ БОГАЕВСКИЙ

 

Занимаясь в краеведческом отделе центральной библиотеки имени А.С. Пушкина, я обратила внимание на изданные еще в конце XIX -- начале XX веков книги с экслибрисом «Библиотека Л.В. Богаевского». Среди них есть книги с дарственными надписями авторов.

Кто он, Л.В. Богаевский? В библиотеке сведений о нем не оказалось. В книге о великом русском певце Иване Васильевиче Ершове я неожиданно встретила упоминание о Леониде Васильевиче Богаевском. Оказывается, детство Л.В. Богаевского и И.В.Ершова прошло в Новочеркасске в 70 -80-х годах XIX века.

Они на определенное время были связаны очень тяжелыми обстоятельствами. И уже не давал покоя вопрос: а как же в дальнейшем сложилась их судьба?

Я решила восстановить биографии двух земляков.

Для описания жизни и деятельности Ивана Васильевича Ершова я использовала статьи, воспоминания, письма, помещенные в книге «Иван Васильевич Ершов. Статьи. Воспоминания. Письма» (Л.-М., Искусство, 1966 год). В этой книге опубликованы и выдержки из незавершенного письма И.В. Ершова от 6 декабря 1927 года под заголовком «Письмо о себе».

Основой для написания биографии Л.В. Богаевского были первичные документы из Государственного архива Ростовской области, фондов Музея истории донского казачества и Центральной библиотеки имени А.С. Пушкина.


Детство и юность И.В.Ершова и Л.В.Богаевского

 

Иван Васильевич Ершов родился 8 ноября 1867 года в Донской области на хуторе Малый Несветай, неподалеку от Новочеркасска. Его мать Мария Степановна была замужем за казаком Василием Сергеевичем Ершовым. Но не он являлся отцом ребенка.

Мария Степановна вынуждена была покинуть семью и искать пристанище и работу в Новочеркасске. Ее взяли в семью Богаевских кормилицей. Она должна была вскармливать новорожденного сына Богаевских. Это и был, как писал о нем Иван Васильевич, «известный впоследствии Леонид Васильевич Богаевский».

Условия найма, которые поставила мать ребенка Марфа Григорьевна, были такие: пока Мария Степановна кормит ее сына, не имела права со своим даже видеться. Марфу Григорьевну можно понять: ведь в Новочеркасске была очень высокая смертность детей и мать принимала все меры, чтобы обезопасить сына. Выхода для Марии Степановны не было. Ее сын был отдан в семью Рябовых за четыре рубля в месяц. У Рябовых он провел несколько лет.

«Беднота у них была, - вспоминал Иван Васильевич, - нищенская. Я помню, что мать моей «маменьки» ходила побираться, приносила куски хлеба, которыми мы питались»[1].

Не было в семье и нужного ухода за ребенком. Уже в 1928 году профессор Рубель обнаружил в легких Ивана Васильевича зарубцевавшиеся каверны, как след перенесенного туберкулеза. Профессор спросил, не помнит ли Иван Васильевич, в каком возрасте он болел легкими. «Не помню. Не болел! - ответил Иван Васильевич. — Вот в детстве, помню, бегал босиком, да в одной худенькой рубашонке, часто кашлял»[2].

Жила семья Рябовых возле вокзала. Центром всей жизни здесь был «бугор». С ним связаны многие детские впечатления Ивана Васильевича. Он вспоминал: «Там в воскресные дни великого поста собиралась вся молодежь. Гуляли, играли в мяч, а мальчишки, сбросив с одного плеча «пальтишку», играли в айданчики. Людно, пестро, толчиво, радостно. Кончалось все кулачными боями, иногда жестокими и кровавыми. «Кулачки на бугру» - вот магическая героика, сила слов, приводившая в героический трепет и мальчишек, и старых, и молодых казаков, и казачек. Сходились «низовые» - только кузнецы и «горовые» или «верховые» писаря и лавочники, и мастеровые»[3]. Такими впечатлениями питал мальчика бугор.

Когда мальчикам исполнилось по пять лет, Мария Степановна получила возможность видеться с сыном. «Помню, как маменька, сведши меня с ним (Леонидом), сказала мне: «Ванюшка, это твой молочный братец». Хилый, невзрачный, он не зажег во мне приязнь, и я надулся, насупился»[4], - писал Иван Васильевич. Мария Степановна пыталась сгладить неприязнь Ивана, но это ей так и не удалось.

Перейдя служить в другую семью, Мария Степановна забрала сына к себе. Иван Ершов учился в Новочеркасском окружном училище. Здесь проявил интерес к музыке и пению. Пел в церковном хоре. После окончания училища Иван Ершов пытался поступить в Новочеркасское казачье юнкерское училище. По неизвестным причинам его не приняли. Иван Ершов в 1883 году навсегда уехал из Новочеркасска.

В это же время Леонид Богаевский окончил Новочеркасское реальное училище и также уехал из Новочеркасска, чтобы продолжить учебу в Николаевском инженерном училище.

 


Иван Васильевич Ершов


 

В 1884 году Иван Ершов поступил учиться в железнодорожное училище в городе Елец. Окончил его в 1887 году и получил диплом помощника машиниста.

В Ельце Иван Ершов много и хорошо пел. Его певческий дар заметили, и меценаты отправили Ивана на учебу в Московскую консерваторию. Его пение услышала профессор Петербургской консерватории Н.Б.Панш. Она порекомендовала молодого певца Антону Еригорьевичу Рубинштейну. Вскоре Иван Ершов стал учащимся Петербургской консерватории. Учиться пришлось на стипендию в 15 рублей в месяц и бесплатный обед. В 1883 году он успешно окончил консерваторию по классу профессора С.И. Габеля и дебютировал в Мариинском театре в опере Гуно «Фауст». Вскоре, благодаря меценатству купца К.А. Варгунина, молодой певец уехал на учебу в Милан. После учебы И.В. Ершов возвратился в Россию.

В 1895 году он стал штатным артистом Мариинского театра в Петербурге. В это время столичный театр был на подъеме. Был на подъеме и оперный певец И.В. Ершов. Его прекрасно поставленный голос тенора завораживал публику. Музыкальный критик из Ленинграда Э.Старк (Зигфрид) писал: «В его исполнении было гораздо больше непосредственности, очень яркой и пламенной, ширины и простонародности, что отзывало не салоном, а ... донскими степями. Что-то буйное, хмелевое, страстно увлекательное и беспредельное, именно, как степь. Это все на первых же порах выделило Ершова среди других певцов»[6].

После установления советской власти в октябре 1917 года императорские театры прекратили спектакли, в том числе и Мариинский театр.

Иван Васильевич Ершов был в числе тех, кто понимал, что старый мир рухнул, театр должен стать иным театром трудящихся. Он агитировав коллектив театра за сближение с новой властью. Во многом И.В.Ершов способствовал перелому настроения коллектива Мариинского театра, и он вновь открылся.

За годы своей сценической деятельности (1895-1917) И.В.Ершов достиг творческих вершин. Но он не мог ограничиться повторением ранее созданных сценических образов. Углубляя и обогащая трактовку старых ролей, певец создал и новые. Он блестяще показал себя в опере уроженца Дона композитора А.Ф.Лащенко «Орлиный бунт» (1925 год).

Свой опыт и мастерство И.В. Ершов передавал молодым певцам в качестве профессора и руководителя оперной студии Петербургской - Ленинградской консерватории имени Римского-Корсакова (1916-1943).

В 1937 году в связи с 75-летием Ленинградской консерватории И.В.Ершов был награжден орденом Ленина и ему присвоили звание народного артиста СССР. Грянула война. Иван Васильевич эвакуировался с консерваторией в Ташкент. Здесь 21 ноября 1943 года на 77 году жизни знаменитый оперный певец Иван Васильевич Ершов умер. Тринадцать лет спустя останки И.В. Ершова были перевезены и перезахоронены в Александро-Невской Лавре в Ленинграде.

 

Леонид Васильевич Богаевский

 

Леонид Васильевич Богаевский, казак станицы Новочеркасской, представитель донского дворянского рода Богаевских в пятом поколении. В 1885 году Л.В.Богаевский окончил Николаевское инженерное училище по первому разряду. В Послужном списке за 1899 год о Леониде Васильевиче Богаевском сообщаются следующие сведения. Служил юнкером с 15 сентября 1886 года. Произведен в хорунжие 10 августа 1889 года со старшинством с 7 августа 1887 года. В батарее № 3 - с 24 сентября 1889 года. Произведен в сотники 6 октября 1891 года, со старшинством с 7 августа 1891 года. В батарее № 17 - с 8 октября 1892 года, в батарее № 15 - с 1 ноября 1896 года. Награжден орденом Святого Станислава 3 степени и Серебряной медалью в память царствования Императора Александра III.

Женат на дочери Статского Советника Краснощековой Марии Андреевне. Имущество в Таганрогском округе: за матерью, женой Статского Советника М.Г. Ленарского (во втором браке) - 831 десятин земли, за ним совместно с матерью - 420 десятин земли[8].

Таким образом, сведения о Л.В.Богаевском заканчиваются 1899 годом. А что было дальше? Я ознакомилась с несколькими документами из фонда письменных источников Музея истории донского казачества, которые убедили меня в том, что после 1899 года деятельность Л.В.Богаевского проходила в Новочеркасске. Например, предписание Войскового Наказного Атамана войска Донского генерал-лейтенанта А.В.Мищенко личному адъютанту есаулу Богаевскому о направлении его из Новочеркасска в Москву с поручением (20 мая 1908 года)[9].

По «Памятным книжкам войска Донского» за 1900-ые годы я установила, что Л.В.Богаевский занимал должности адъютанта начальника Войскового штаба войска Донского (1900-1901 годы), адъютанта Войскового Наказного Атамана войска Донского (1901-1910 годы), младшего штаб-офицера для гражданских поручений при штабе Войскового Наказного Атамана войска Донского (1910-1917 годы).

 

Леонид Васильевич Богаевский[10]

Леонид Васильевич вел большую общественную работу. Несколько лет был действительным членом областного Статистического комитета. С 1904 года он в Комитете Донского попечительства о бедных. Одновременно являлся казначеем Донского окружного управления Российского общества Красного Креста. Входил в состав Комиссии по устройству Донского музея.

В Комитете по управлению библиотекой он являлся одним из двух членов, назначаемых атаманом. В Государственном архиве Ростовской области сохранилась докладная записка Войсковому Атаману от 9 июня 1907 года. В ней Комитет ходатайствовал о выделении земли и средств для постройки здания библиотеки. Среди подписей есть и подпись Л.В.Богаевского[11].

Леонид Васильевич был знатоком донской истории. Он автор многих публикаций на исторические темы для широкого круга читателей и учащихся. Так, в день открытия памятника Ермаку 6 мая 1904 года учащимся всех учебных заведений раздавали брошюру «Ермак, покоритель Сибири», автором которой был Леонид Васильевич Богаевский.

В июне 1918 года приказом Всевеликому войску Донскому А.В. Богаевский был назначен помощником директора Донского музея с оставлением в списках донской артиллерии[12].

Из воспоминаний А.Грековой, жены художника М.Б.Грекова, известно, что тот в то время по заданию Л.В. Богаевского написал для Донского музея несколько картин, в том числе 4 картины о Первой мировой войне.

Тогда в связи с наступлением войск Красной Армии в городе сложилось тяжелое положение. Началась спешная эвакуация госпиталей, учебных заведений, населения. В городе не хватало продовольствия, топлива, предметов первой необходимости.

Семья Грековых очень нуждалась. «...когда Митрофан Борисович - писала А.Грекова, - пришел в музей, чтобы получить гонорар за написанные и уже давно сданные заказы, то Богаевский указал на заколоченные ящики с картинами, сказав при этом: «Хотите с нами? Поедемте. За границей я Вам заплачу за Ваши картины». Митрофан Борисович решительно ответил: «Эмигрантом жить не хочу и Родину свою не покину»[13].

Ценности Донского музея (то есть золотые и серебряные изделия), дорогое оружие, знаки атаманского достоинства, царские грамоты и т.д., как сообщалось в Заявлении служащих Донского музея в Донской Исполнительный Комитет от 15 января 1920 года, были вывезены из города специальным поездом в сопровождении помощника директора Донского музея[14].

Судьба исторических реликвий из Донского музея оказалась непростой. Вывезенные за рубеж, они некоторое время размещались в разных государствах. Затем по соглашению с правительством Чехословакии их перевезли в Пражский Национальный музей. В 1946 году часть исторических реликвий в числе свыше двух тысяч предметов была возвращена в Новочеркасск. В их числе и картины М.Б. Грекова (по свидетельству его жены А. Грековой, в тех же ящиках, в которых их вывозили).

Судьба же Леонида Васильевича оставалась неизвестной. Даже предполагали, что он погиб в 1920 году. Об этом зашел разговор с краеведом В.А. Потаповым. Он категорически отверг факт гибели Богаевского. Оказывается, Виктор Алексеевич недавно читал о нем в одном из журналов, издаваемых за рубежом и переданных Пушкинской библиотеке потомками эмигрантов 1940-х годов.

Я просмотрела больше сотни журналов. И вот результат. В журнале «Часовой» № 236-237 5 июля 1939 года помещены материалы о русской эмиграции в Югославии. В заметке «Казачьи организации» сообщается о том, что в Югославии донские казаки живут станицами, управляемыми атаманами.

Офицеры, говорится в заметке, входят в Русский Общевойсковой Союз (организацию, в которую генерал Врангель в 1924 году преобразовал Русскую армию) и активно участвуют в военной жизни организации. В заметке сказано, что во главе донских казаков находится Представитель Донского Атамана генерал — майор Л.В.Богаевский[15].

Леонид Васильевич Богаевский[16]

В этом же журнале помещена его фотография. Я сравнила ее с фотографией Л.В.Богаевского из сборника «Донские уроженцы. 1893 - 1918», изданном в 1918 году. Конечно, это одно и то же лицо в разные годы.

Значит, Леонид Васильевич Богаевский не погиб во время эвакуации в 1920 году, как считали в Новочеркасске. В 1939 году был жив и являлся Представителем Донского Атамана в Югославии. А какой была деятельность Леонида Васильевича Богаевского в годы Второй мировой войны? Сведения об этом я нашла в книге Алабина И.М. и Судраевского В.Д. «Донской генералитет в изгнании: опыт библиографического словаря», изданной в 2001 году.

Леонид Васильевич Богаевский участвовал в формировании казачьих подразделений в Югославии. Они вошли в состав Русского корпуса, который был подчинен Германскому военному командованию и зачислен в состав Вермахта.

В составе Русского корпуса казаки сражались сначала с югославскими партизанами, а с 1944 года с частями Советской Армии. Когда капитулировала Германия, Русский корпус сдался Английскому военному командованию. Оно освободило всех из плена без ответственности за участие в армии Германии. Леонид Васильевич Багаевский в этих событиях участия не принимал: в 1942 году он был назначен заместителем исполняющего обязанности войскового атамана.

Л.В. Богаевский умер в 1951 году. Похоронен на русском участке Нового кладбища в Монморанси. Там находился Русский старческий дом, предназначенный для военных. Может быть в нем и провел последние годы Л.В. Богаевского.

 

Таковы две параллельно прожитые жизни в один и тот же исторический период, две непохожие судьбы.

 

Список использованных источников

 

  1. Алабин И.М., Судраевский В.Д. Донской генералитет  в изгнании: опыт библиографического словаря. М; 2011 год. – С. 38-39.
  2. Грекова А. Воспоминания о М.Б. Грекове //Греков М.Б. в воспоминаниях современников. - Ленинград: Художник РСФСР, 1966.
  3. Заявление служащих Донского музея в Донской исполком от 05.01.1920 года. Фонд письменных источником МИДК б/н.
  4. Иван Васильевич Ершов. Статьи. Воспоминания. Письма. - Л.-М.: Искусство, 1966.
  5. Казачьи организации //Часовой. – 1939. - № 236-237 (5 июня).
  6. Корягин С.В., Белявский Д.А. Богаевские, Белявские и другие. Серия «Генеалогия и семейная история Донского казачества». Выпуск 4. - М., 1999.
  7. Отчет Богаевского Л.В. Фонд письменных источников МИДК б/н.
  8. Предписание Войскового Наказного Атамана войска Донского личному адьютанту Богаевскому. Фонд письменных источников МИДК б/н.
  9. Приказ Всевеликому войску Донскому от 12.06.1918 № 231. Приказы Всевеликому войску Донскому за 1918 год. Б/м, б/д. НСБ. ГАРО. Инв. № 14455
  10. Русский корпус на Балканах во время II Великой войны 1941-1945 гг. Исторический очерк и сборник воспоминаний соратников. Нью-Йорк: Наши вести, 1963.
  11. Хохульников К. Казаки в зарубежье //Молот. - 1990. - № 10-11 (13 января).
  12. Чибисова С.П. Неизвестная страница истории Донского музея в 1918 году//Краеведческие записки. Вып. 4. - Новочеркасск, 1999. - С. 33-36.

 

Алина Вергунова, член историко-краеведческого клуба Донцы при отделе краеведческой литературы Центральной городской библиотеки им.А.С.Пушкина

(Вергунова А. Земляки: Иван Васильевич Ершов и Леонид Васильевич Богаевский / А.Вергунова // На земле атамана Платова. Сборник краеведческих очерков / Под ред. Логиновой А.А. – Новочеркасск: МИП Полиграф-Плюс, 2012. – С.42-49).



[1] Иван Васильевич Ершов. - Л.-М: Искусство, 1966. - С. 10.

[2] Там же. - С. 263.

[3] Иван Васильевич Ершов. - Л.-М: Искусство, 1966. - С.

[4] Там же. - С. 10.

[5] Копия из книги «Иван Васильевич Ершов. Статьи. Воспоминания. Письма. – Л. – М.: Искусство, 1966.

[6] Петербургская опера и ее мастера. 1890-1910. - Л.-М.: Искусство, 1940. - С. 227.

[7] Копия из книги «Иван Васильевич Ершов. Статьи. Воспоминания. Письма. – Л. – М.: Искусство, 1966.

[8] Корягин С.В., Беляевский Д.А. Богаевские, Беляевские и другие. Серия «Генеалогия и семейная история Донского казачества». Выпуск 4. - М., 1999. – с. 28.

[9] Фонд письменных источников Музея истории донского казачества. Б\н

[10] Копии из сборника «Донские уроженцы. 1893-1918. – Ростов-на-Дону, 1918.

[11] ГАРО. Ф227. Оп. 1. Д. 1178. Л.2-3 об

[12] Приказ Всевеликому войску Донскому от 12.06.1918 года № 231. Приказы Всевеликому войску донскому за 1918 год. Б/м, б/д. НСБ ГАРО Инв 14455.

[13] Грекова А. Воспоминания о М.Б. Грекове //Греков в воспоминаниях современников. Художник РСФСР Ленинград, 1966. - С. 26.

[14] Фонд письменных источников Музея истории донского казачества. Б\н

[15] Казачьи организации //Часовой. - 1939. - № 236-237 (5 июня 1939 г.)

[16] Копия из журнала «Часовой» (Париж, 1939, 5 июля, № 236-237.


Threesome